Музыкальный критик и телеведущий Михаил Козырев рассказывает о своих двойняшках Соне и Лизе (7 лет) с таким восторгом, какой редко встретишь даже у самых нежных отцов. Но в некоторых вопросах он остаётся категоричен: никаких смартфонов и плохой музыки. Зато много творчества, свободы и принятия детей такими, какие они есть.
1. Я ни на секунду не жалею, что стал отцом в зрелом возрасте. Это такое счастье, к которому я совсем не был готов. Одно дело, когда ты слышишь об этом от окружающих, и совсем другое — когда берёшь детей на руки и оказываешься в абсолютном космосе. Во время каждого из больших романов у меня возникала мысль: «Может быть, это мать моих детей?». Но только когда я встретил маму моих девочек, Настю, я понял, что это моя soulmate. Мне дали один и второй кулёчки — и, если можно в какой-то момент почувствовать себя богом, это был он. С момента их появления на свет я существую в состоянии абсолютного счастья. Но я не могу сказать, что главное в жизни уже сделано, потому что главное, как я формулирую для себя, не просто их родить. Главное — сделать так, чтобы они были счастливы. Точнее, сделать всё для того, чтобы у них была возможность быть счастливыми. Потому что гарантировать это невозможно, можно только подложить им соломку там, где можно упасть.
2. Я всегда был заточен под то, чтобы сделать весь мир лучше. Мной всегда двигало одно желание: если меня что-то «вштыривает», то срочно нужно сделать так, чтобы «вштыривало» и остальных. Это главная мотивация моей жизни. Мне казалось, что от этого весь мир становится лучше, а на самом деле оказалось, что счастье зависит от другого фактора: от того, что ты чувствуешь ответственность за воспитание двух инопланетных существ, которые вдруг появились у тебя в жизни. Недавно я наткнулся на прекрасную иллюстрацию в фейсбуке: со спины нарисован папа-мышь, который ведёт маленькую мышку. Мышка говорит: «Вот видишь, папа, здесь ничего страшного нет, я же тебе говорила!». А он ей отвечает: «Да, конечно, девочка моя, я просто хотел с тобой пройтись!». А дальше мы видим, что у него на кровоточащем хвосте десяток замкнутых мышеловок, которые он принял на себя. Вот так ты формулируешь для себя главную задачу в жизни: нужно, чтобы эти мышеловки замкнулись на твоём хвосте, а не на их лапках.
3. Я стараюсь воспитать их хорошими людьми. Хочется дать им правильную систему координат. Передать им какие-то принципы, по которым они могут разметить себе маршрут. Это их почва под ногами в будущем. На оси абсцисс должно быть «хорошо-плохо», а на оси ординат — «пОшло — не пОшло». Если эта система уже стала частью твоего ребёнка, он будет готов встретить вызовы мира, когда неизбежно придёт время. Всё это можно показать только на конкретных примерах. Например, в моём детстве в школе в числе внеклассных работ нужно было читать стихотворения поэтов Асадова и Хармса.
Я влюбился в Хармса и совсем не полюбил Асадова. Но невозможно же объяснить, почему одни стихи хорошие, а другие пошлые
Я это понял по каким-то эмоциональным реакциям мамы и папы. Теперь я читаю Хармса своим детям, и они в него абсолютно влюблены. Откуда это берётся? Ведь нет никакого рецепта типа «не надо в стихах употреблять рифму кровь-морковь-любовь». Можно только объяснить банальность и дурной вкус на конкретных примерах. Мне кажется, это рецепт, который поможет сформировать шкалу ценностей.
4. Воспитывать двойняшек — отдельная наука. Во-первых, это абсолютно разные люди. Это было одним из моих первых откровений и стало понятно ещё до того, как они сказали хоть слово. Ещё по тому, как они плачут, я понял, что это два разных существа. Соню очень интересует окружающий мир, с самого рождения было понятно, что она — продюсер нашей будущей жизни. Она ко всему подходит системно, всё схватывает на лету. Моментально делает домашнее задание. Лизу окружающий мир интересует в меньшей степени. Лизу интересует Лиза. Это самодостаточная принцесса. Она не может сосредоточиться ни на чём дольше чем три минуты, причём делает это абсолютно спонтанно. Такое ощущение, что это происходит помимо её воли. Они обе страдают из-за этого. Соня страдает от того, что все сосредоточены на Лизе. Соня за 15 минут всё сделала, а Лиза сидит полтора часа за домашкой. Соню, конечно, это немного раздражает. Лизу раздражает, что всё время хвалят Соню.
Нам с их мамой приходится лавировать: не хвалить Соню при Лизе, зато хвалить Лизу за то, что у неё получается лучше, и так далее
При этом они банда, не разлей вода. Очень друг друга любят, но при этом постепенно у каждой возникает своя собственная зона интересов, друзей, занятий.
5. Двойняшек нужно отдавать в разные классы. Я консультировался с европейскими психологами, и они советуют однозначно — сразу отдавать двойняшек в разные классы. Причина заключается в следующем: у близняшек и двойняшек создаётся ощущение комфорта, когда рядом есть брат или сестра. Только в этом состоянии они чувствуют, что мир стабилен и дружелюбен. Дальше, рано или поздно, судьба их разводит, и в этот момент близняшки и двойняшки начинают строить свои первые отношения. Как правило, все эти первые взаимоотношения разрушаются. И в этот момент, поскольку они ощущают себя комфортно, только когда рядом есть кто-то близкий и родной, этот разрыв становится чудовищной трагедией, потому что для них он повторяет разрыв с сестрой или с братом. Они очень легко становятся созависимыми в любых отношениях и страдают гораздо больше, чем обычные люди. Для девочки, которая привыкла всю жизнь быть бок о бок со своей сестрой, её первый бойфренд заменяет сестру автоматически. Поэтому европейские педагоги считают: чем раньше ребёнка готовить к независимости и самостоятельности, тем лучше. С этой мыслью я пришёл к супруге и к девочкам, мы долго советовались. И в итоге приняли решение, что в начальной школе они будут учиться вместе. Пусть пока познают мир в своей маленькой банде, а к концу третьего класса начнём думать, как их разводить дальше.
6. У меня два требования к школе: никаких портретов Путина в коридорах и никаких уроков православия. Прежде чем выбрать школу и класс, я проделал «масштабное социологическое исследование». Был период, когда жена показывала мне на наши районные школы, а я видел, как у крыльца развевается российский флаг, и думал, что там наверняка портрет Путина в коридоре, — и обходил эту школу стороной. Не дай бог. В итоге мы с Настей сформулировали шкалу ценностей. Самым главным было найти крутую первую учительницу. Если мы находим первую учительницу, в которую они влюбляются, всё остальное отходит на второй план. Кроме того, конечно, была важна логистика. И третье — английский язык, много гуманитарных кружков и секций. Конечно, нам важно, чтобы в школе было ощущение, что вокруг наших детей хорошие люди и хорошие дети. И в этом смысле так же опасно, если утром перед школой выстраивается вереница Майбахов и Мерседесов, как и слышать разговоры родителей, ожидающих детей у школы, и понимать, что это, простите, жлобьё. Мне кажется, та гимназия, которую мы выбрали, соответствует всем этим запросам.
7. Нельзя заставить ребёнка идти по навязанной ему стезе. Твоя задача — быть прибором, который чувствительно реагирует на их собственные симпатии и антипатии. Тебе нужно уловить, к чему у них лежит душа. Причём, как мы знаем, у детей душа в течение года может лежать к восьми взаимоисключающими вещам. Вот ты чувствуешь, что Лиза при любой возможности пускается в пляс. Значит, нужно отдать её в танцевальный кружок. Вот ты видишь, как у Софьи интересно построена колористическая картина мира. Значит, её надо отдать к хорошему педагогу, который поможет развить этот навык. Получится что-нибудь из этого или нет, ты никогда не знаешь. Но вдруг именно тут раскроется их главный талант в жизни? Это нельзя упустить.
8. Пока их музыкальное воспитание сводится к тому, чтобы они слушали только правильную музыку. Сейчас девочки немного занимаются сольфеджио, и я очень аккуратно к этому отношусь. Поскольку мой папа — классический симфонический музыкант, он сказал мне: «Сын, нам довольно одного несчастного человека в семье». И тема музыки для меня была закрыта. Это был очень тяжёлый кусок хлеба, папа работал шесть дней в неделю, и не было ни одного дня на моей памяти, когда он с утра три часа не занимался на скрипке. Я, конечно, таких условий для своих детей создавать не собираюсь. Пока для меня главная задача — защитить их от неправильной музыки: у нас никогда дома не работает телевизор и не играет радио просто так. Я не хочу, чтобы они слушали плохую музыку — русскую попсу и шансон. И, надо сказать, даже оказавшись в такси, они кривят лицо, когда играет что-то такое. Три любимые группы моих девочек начинаются на букву Б: «Браво», «Би-2» и Brainstorm. Первый концерт, на который они попали и который запомнили на всю жизнь, был концерт Земфиры. Кроме того, они потом познакомились с Земфирой лично, и это произвело на них сильное впечатление. Мне правда кажется, что музыка на многое влияет.
9. Моя принципиальная позиция: нельзя покупать ребёнку iPhone в семь лет. Это разврат. Во-первых, у ребёнка не должно создаваться ощущения, что он лучше, чем другие. И если в классе никто не пользуется айфонами, это не лучший способ выделиться. Во-вторых, в нашей школе есть достаточно жёсткая установка о том, что дети не имеют права использовать телефоны на уроках — только во время перемены. В-третьих, у них есть замечательные маленькие интерактивные часы, по которым они могут нам позвонить в любой момент. Ими они даже могут фотографировать. И я не планирую покупать им смартфоны раньше, чем в десять лет. Я не хочу, чтобы они играли в игры, чтобы у них был абсолютно бесконтрольный доступ в сеть. Я не хочу, чтобы они смотрели огромное количество пластмассовых фейковых клипов и попсовой музыки. У маленького человека ещё не созрел навык формулировать правильный запрос к вселенной. Поэтому ребёнок — это уязвимое существо, на которого в любой момент, прорвав хрупкую оболочку, может обрушиться поток дерьма. Я не хочу, чтобы это происходило с моими девочками.
Несмотря на то, что я не хочу употреблять слово «контролировать», я честно должен признаться, что стараюсь фильтровать поток, который попадает им в уши
Вчера, кстати, наблюдал, как Соня в ожидании Лизы, делающей домашнее задание, осваивала «искусственный интеллект» — яндексовскую Алису. «Алиса, — спросила Соня, — а ты в какой школе училась?». После паузы Алиса ответила: «Моей главной школой была жизнь. Шутка!».
10. Я очень хочу, чтобы они чувствовали себя гражданами земного шара. Я вырос с ощущением, что мир, который находится за пределами Советского Союза, вообще недостижим. Я думал, это придуманная Стругацкими вселенная, которой вообще не существует. Мои дети должны понимать, что на свете живут люди разного цвета кожи, разного вероисповедания, разных культур, разных взглядов. И уважать их. Поэтому я стараюсь с первых дней привить им понимание важности английского языка, который поможет им свободно познавать этот мир. Поэтому к своим семи годам они побывали уже в пяти странах. И, конечно, я буду стараться их вывозить как можно чаще. Я помню, как во многом моё мировоззрение сформировал прорыв, который я совершил, когда поехал учиться в колледж в Америке. До этого все вокруг меня были белокожими советскими ровесниками уральского происхождения. И тут я попал в мир, где есть два брата-близнеца из Ирана, болгарин, индеец, южноафриканец, француженка, итальянка и немка. И я — русский. Мы шли на ланч вместе — и любая тема, которая поднималась, тут же перерастала в культурологический батл между представителями разных вселенных. Это был космос. Я хочу воспитать у своих детей такое же принятие всех культур как можно раньше. Может, сложится так, что они смогут продолжить образование в другой стране. Но при этом я влюблён в русский язык, в русскую культуру — и уж точно сделаю всё, чтобы они не потеряли её. Чтобы у них был ключ к стеллажу, в котором раскрывается русский мир в лучшем смысле этого слова.
Источник:
