Случилась со мной недавно детективная история. Пошли мы в город гулять и мой сын Оскар взял с собой скейт покататься. Но получилось так, что скейт мы забыли в магазине потому что покупали там пиво, и заметили это уже в гостях, вечером. Все, скейт пропал, мальчишеская трагедия, Оскар в шоке.
Но все же пошли за скейтом на следующий день, а вдруг.
А продавщицы говорят:
– Приходил сегодня утром цыганский мальчик с мамой, сказал, что это его скейт и забрал.
Ну, мы тоже конечно лопухи, надо было с самого утра приходить.
Но зато добрые продавщицы слили нам ценную инфу – что мама с мальчиком лежат тут рядом в детской больнице. А рядом стоял в магазине незнакомый цыган, все слышал и подтвердил, что да, они там лежат, на втором этаже. Какой резон ему было их сдавать, не знаю. Но я никак не ожидал, что маму с ребенком за пять минут сдадут два раза.
Расследование продолжилось в больнице. Оказалось, что лежат они не на втором, а на третьем этаже.
Ну а мальчика, как вы уже, думаю. догадались, зовут Беньямин.
Но медсестра сказала, что их с мамой сейчас нет, придут в восемь вечера на укол. Зато там была сестра Беньямина, которая сказала, что маму зовут Варвара и что она пошла домой варить суп.
– А где мама живет?
– Ой, мама пошла не домой варить суп, а к бабушке.
– А бабушка где живет?
– Далеко, в селе.
– А ты можешь позвонить маме?
– Не могу, я с ней поссорилась.
Понятно. Талантливая девочка. Еще чуть подучиться и вполне в шпионское училище можно поступать. На бесплатное отделение.
Что ж, это была детективная ниточка, за которую мы ухватились и пришли в восемь вечера на очную ставку.
Причем такая деталь – Оскар попросил перед встречей с похитителем скейта купить ему шоколадку.
– Ты хочешь угостить мальчика шоколадом, когда он вернет тебе скейт?
– Ну, если вернет, я дам ему кусочек, а если не вернет, я начну плакать, но потом съем шоколадку и мне станет легче.
Шоколадная самопсихотерапия в действии.
Но Беньямин видимо испугался укола и они не пришли.
Ладно, настоящие сыщики не сдаются, и мы пришли на следующий день.
Встречаем их в коридоре. Беньямин, его мама и папа.
– Это вы Варвара?
– Нет.
– Но этот мальчик – Беньямин?
– Да.
– Значит вы его мама, Варвара?
– Я его мама, но я не Варвара, а Кристина.
– Ну хорошо, Кристина. Вы взяли в магазине наш скейт. Это скейт Оскара. Отдайте, пожалуйста.
Тут в разговор вступил папа:
– Та мы его били и били, а он не признавался. Целый день били, били. Он сказал, что тетя ему подарила. А мы его били, били…
Присоединилась и мама:
– Он мне говорил, что тетя ему дала, но я не слышала, у меня ухо болит…
Я всегда ценил в людях способность импровизировать и изобретать.
Но главное – они признали, что скейт у них.
– Ну и когда вы отдадите скейт?
– Завтра я привезу, в 10-11 привезу сюда, – сказал папа Беньямина уставшим от битья голосом.
– Хорошо, мы придем. И давайте еще запишу ваш номер телефона.
Записали.
На следующий день я сел на велик и поехал в больницу. Варвара, то есть Кристина, была там, но без скейта.
– Муж еще не приходил, не знаю, где он. Но вы не переживайте, я вам позвоню, когда он придет.
Я оставил ей свой номер и уехал. С не очень хорошими предчувствиями. И на всякий случай настроился на то, что придется еще не раз прокатиться на велике.
Через час я позвонил Кристине, но поднял ее муж.
– Я уже привез, он уже там, в больнице.
Еду снова, но понимаю, что совсем не удивлюсь, если там не будет скейта, или Кристины, или Беньямина, или вообще никого и ничего и в больнице мне скажут, что тут таких вообще никогда не было и мне покажется, что я снимаюсь в сериале «Секретные материалы» или, не дай боже, в «Твин Пиксе».
Но когда я поднялся на третий этаж – уже, кстати, четвертый раз за последние два дня – и вошел в их палату, оказалось, в жизнь воплотился самый лучший вариант: там не было ни Варвары, ни Кристины, ни Беньямина, ни Дэвида Линча, ни даже медсестры.
Но там был скейт.
Целый, невредимый и оранжевый, как и до того. Ура.
Я взял скейт и уехал домой.
Ехал домой и мне почему-то вспомнился старый анекдот. Тот, который кончается словами – ложки нашлись, но осадок остался.
Небольшой совсем, почти незаметный, но остался.
Представляете, какие залежи всяческих осадков накапливаются внутри человека за целую жизнь?
😉
